Как погиб Запад. 50 лет экономической недальновидности и суровый выбор впереди.

Американская политика на грани войны.

Когда игра идет не по правилам и дипломатии терпит неудачу, тогда Америка должна обороняться — пойти другим путем и ответить ударом на удар.

В стратегической игре самые дальновидные игроки просчитывают ходы вперед и определяют, кто будет занимать самую выгодную или сильную позицию при наихудшем развитии событий, то есть если сотрудничество будет полностью прекращено. Само собой, при таком развитии событий в наилучшем положении будет тот игрок, который обладает преимуществом и наилучшими возможностями для обеспечения сотрудничества между другими игроками на сегодняшний день.

В международных отношениях, внешней политике, трудовых отношениях, военной стратегии и даже в покере существует прием балансирования на грани, когда одна из сторон подталкивает опасную ситуацию к катастрофической развязке, чтобы добиться наибольших преимуществ. В этом смысле у Америки есть наилучшая альтернатива на тот маловероятный случай, если она решит пойти на крайние экономические меры.

Задумаемся на минуту, что значит для Америки прием балансирования на грани в экономике. Исключая возможность полномасштабной войны, вследствие агрессивной протекционистской политики США в худшем случае главные экономические силы индустриализованного мира разойдутся по своим углам. Можно предположить, что этот мир разделится примерно на экономические блоки.

Во-первых, американский экономический блок (вероятнее всего, к нему присоединится Канада). В пользу этого региона говорит не просто почти полмиллиарда человек (по демографическим данным на сегодняшний день) с наибольшей покупательной способностью, выраженной в подушевом доходе. Северная Америка легко может стать самодостаточной. Если ввести заградительные меры для торговли и иммиграции, она все равно сможет прокормить своих граждан, обеспечить себя энергией (Северная Америка — лидер в разработке и добыче сланцевого газа, который все больше становится важным источником энергии в США), а по своим географическим особенностям она в любом случае очень неудобна для вторжения.

Далее, Европа. Глядя сквозь призму экономики, ее перспективы видятся в не слишком розовом свете. Европейскому региону по-прежнему угрожает системный упадок, которому пытаются сопротивляться с помощью мер, направленных на достижение общественного единства, невзирая на серьезные бюджетные опасения (как можно видеть по показателям Португалии, Ирландии, Греции и Испании, получивших коллективное прозвище ПИГС[118] за их экономические результаты и перспективы). Так или иначе, о Европе в общем смысле можно сказать, что ей не хватает сохранности капитала, решительной трудовой политики и технических инноваций, что делает ее шансы на длительное экономическое превосходство довольно призрачными.

Наконец, остается Китай. Да, у него огромное население и прогнозы сулят ему место крупнейшей экономики мира к 2017 году. Но перед Китаем еще лежит долгий путь, прежде чем подушевой доход среднего китайца сравняется с доходом американского потребителя. Кроме того, 1,3-миллиардное население Китая вынуждено обходиться всего лишь 7% пахотной земли. И хотя экономически присоединенные к Китаю регионы Африки и Южной Америки предоставляют ему небольшую отсрочку, афро-китайские и латино-китайские связи всегда будут достаточно непрочными, в отличие от спаянного американского блока.

Так у кого же козырь, а у кого шестерки? Для кого хуже всего протекционизм и тактика балансирования на грани? Определенно не для США. В этом кону все карты и козыри в руках у Америки, а с виду и не подумаешь.

Если дойдет до дела, американские политики сумеют доступно растолковать жителям, в чем плюсы закрытой Америки. В отличие от Китая. Как его руководство объяснит сотням миллионов целеустремленных китайцев (из 1,3 миллиарда человек только у 300 миллионов уровень жизни сравним со средним экономическим уровнем на Западе), что шансы добиться экономического успеха у них серьезно упали?

Выгодно ли США подрывать рост Китая? Ведь, скорее всего, это и произойдет в случае настоящего американского дефолта — по крайней мере, в период сразу после дефолта. При росте доли населения, не способного конкурировать на глобальном рынке, и поголовном падении уровня жизни США не будут слишком волноваться из-за китайских планов роста и вероятного их срыва.

Так или иначе, но в ходе опроса, проведенного FТ/Наrris в мае 2010 года, на вопрос: «Есть ли, по вашему мнению, вероятность того, что в ближайшие десять лет правительство США объявит дефолт, то есть не сможет вернуть взятые у кредиторов деньги?» — почти 50% опрошенных ответили «есть».