Кризис есть кризис: Лидеры российской и мировой экономики о путях выхода из кризиса.

Интрига.

– Известно, что Вы планировали привлечь финансового инвестора – предложить ему контрольный пакет в «Банана-маме». Среди потенциальных покупателей в разное время назывались Russiа Nеw Grоwth Fund (под управлением Тrоiка Сарitаl Раrtnеrs), Iсоn Рrivаtе Еquitу, Аlfа Сарitаl Раrtnеrs, Unitеd Сарitаl Раrtnеrs и РРF Grоuр.

– Структура сделки, которая сейчас обсуждается с одним из перечисленных потенциальных инвесторов, не предполагает погашения им облигаций. Привлеченные средства пойдут исключительно на «рабочий» капитал. В зависимости от маржи, которую планирует получить инвестор, для возобновления нормальной работы «Банана-маме» требуется примерно $30–50 млн. Действительно, инвестору я готов предложить контрольный пакет, будет ли ваш брат Игорь продавать свою долю – лучше адресовать этот вопрос ему. Финансовый партнер будет долгосрочный – на срок не менее трех лет. Сделка пока затягивается из-за того, что инвестор поставил нам ряд жестких условий. Они касаются в первую очередь юридической структуры компании и исполнения обязательств перед держателями облигаций.

– На рынке долгое время обсуждалась возможная продажа «Банана-мамы» крупнейшему оператору на рынке товаров для детей «Детскому миру». Во сколько на тот момент оценивался ваш бизнес и почему сделки так и не случилось?

– С «Детским миром» у нас действительно велись переговоры о совместной работе весной 2007 года: это были варианты как по объединению закупок, так и по покупке, продаже или объединению компаний. Но переговоры не пришли к каким-то конкретным результатам. «Детский мир» по-прежнему остается для нас основным конкурентом на рынке товаров для детей, особенно это касается сегмента игрушек. У них 50-летний опыт работы в этой области, а нам только четыре года. Никакой оценки бизнеса тогда при переговорах не проводилось. По моим ощущениям, если оценивать бизнес по мультипликаторам к ЕВIТDА, то год назад «Банана-мама» могла стоить порядка $400 млн, если закладываться на потенциальный рост компании и рынка команды – это уже в районе $700–800 млн. Больше переговоров и предложений о продаже не было. Сейчас я понимаю, что финансового инвестора нужно было привлекать с самого начала работы, а не на падении, и даже не в пик расцвета компании. Вероятно, это позволило бы избежать многих проблем. Но финансовый партнер мог и не позволить нам осуществить такую агрессивную и успешную экспансию.