Оценка персонала. Психологические и психофизические методы.
...
Начнем с того, что в 1970 году два американца – полковник в отставке Чарльз Макквистон (Сhаrlеs R. МсQuistоn), бывший армейский оператор полиграфа, и Аллан Белл (Аllаn D. Веll), бывший сотрудник армейской разведки, организовали в штате Виржиния фирму «Dекtоr Соuntеrintеlligеnсе аnd Sесuritу, Inс.», которая начала выпускать анализаторы психологического стресса РSЕ (Рsусhоlоgiсаl Strеss Еvаluаtоr) и обучать в течение 5 дней операторов для работы на них. В 1972 году они подали заявку и 20 июля 1976 года получили патент (№ 3971034) на свой прибор. Несколько позднее некто Фред Фуллер разработал аналогичный прибор, который получил название анализатора стресса в голосе VSЕ (Vоiсе Strеss Еvаluаtоr). Он, якобы, был основан на том же самом психофизиологическом принципе, что и РSЕ. Утверждалось, что эти и подобные им приборы (Маrк-II, ЕSМ, Наgоth и др.) в отличие от полиграфа способны устанавливать неискренность человека без подключения к его телу датчиков, а путем измерения изменений в голосе, обусловленных стрессом, который сопровождает ложные высказывания. В ходе процедуры проверки на искренность, напоминающей испытание на полиграфе в том смысле, что проверяемому задаются нейтральные, проверочные и контрольные вопросы, производится звукозапись его ответов, которые затем анализируются с помощью прибора. По утверждению авторов, такой опрос, якобы, можно было проводить даже по телефону. Например, работник кадрового аппарата мог задать кандидату на работу ряд заранее подготовленных вопросов, а потом, проанализировав звукозапись ответов на них, получить сведения о степени искренности кандидата.
Хотя еще Макквистон и Белл утверждали, что предложенная ими процедура вряд ли будет надежной, если в ней не будет использоваться формат метода с контрольными вопросами, многие производители и тем более потребители подобных анализаторов голоса использовали их без учета данного требования. Если бы за прошедшие 35 лет были действительно получены неопровержимые доказательства того, что данный метод обладает декларируемой высокой точностью и надежностью, то он, несомненно, уже давно стал бы эффективным диагностическим средством в самых различных областях человеческой деятельности, включая бизнес и международные переговоры. Однако таких убедительных доказательств так и не появилось.
Суть работы анализаторов стресса в голосе объяснялась следующим образом. В процессе анализа звукозаписей речевых высказываний с помощью прибора якобы выделяются невоспринимае-мые на слух акустические характеристики голоса, обусловленные стрессом. В частности, производители РSЕ утверждали, что этот прибор измеряет низкочастотную (около 10 ГЦ) модуляцию частоты основного тона голоса, обусловленную тремором мышц. Действительно, английским физиологом Липпольдом в свое время было показано, что в состоянии полного расслабления и покоя скелетные мышцы испытывают миографический тремор (микровибрацию) с частотой около 10 сокращений в секунду. В состоянии психофизиологического возбуждения этот тремор ослабевает или исчезает совсем. Суть теории, лежащей в основе приборов типа РSЕ, заключается в том, что мышцы голосового аппарата, глотки и дыхательная мускулатура также должны быть подвержены аналогичному тремору, который модулирует (накладывается) на речевой сигнал. Причем голос человека в спокойном состоянии будет характеризоваться максимальной представленностью этого низкочастотного компонента, а при стрессе его выраженность будет минимальной. Однако, в прямых миографических экспериментах это явление в указанных мышцах обнаружено не было, так же как не было убедительно технически доказано, что РSЕ, VSЕ и им подобные устройства действительно измеряют степень низкочастотной модуляции речевого сигнала.
В своем рекламном обзоре практического использования анализаторов голоса РSЕ Макквистон указывал, что в более чем 10 000 случаев его применения не было допущено ни одной ошибки, а в 5574 случаях совместного использования РSЕ и полиграфа наблюдалось 99,85 %-ное совпадение заключений. Очевидно, что подобные декларативные заявления не имеют никакой практической ценности, так как валидность и эффективность любого диагностического метода или прибора должна оцениваться обязательно с соблюдением необходимых требований научной методологии. К тому же в двух приведенных выше цифрах исходно заложено серьезное противоречие, указывающее на небрежное и поверхностное отношение автора к проблеме точности и надежности своего детища. Если точность РSЕ действительно совпадает с точностью полиграфа (на 99,85 %), а точность последнего, как известно, где-то около 90 % (по крайней мере, заведомо не 100 %), то непонятно, каким же образом в 10 000 случаев не было получено ни одного ошибочного заключения тогда, когда их должно было быть около 1000.
Но это все рассуждения. А вот каковы результаты независимой оценки точности этих приборов. Еще в 1974 году в ходе специальных слушаний в конгрессе США по вопросу использования полиграфа и аналогичных устройств в ключевых федеральных ведомствах были представлены многочисленные данные о низкой надежности анализаторов РSЕ и было принято законодательное решение, запрещающее их использование в государственных учреждениях. Исследования эффективности анализаторов голоса, проведенные в армии США, показали, что с их помощью правильные результаты получаются только в 1/3 случаев, то есть диагностика осуществляется на уровне ниже, чем случайное угадывание. Аналогичный вывод о низкой эффективности приборов РSЕ и VSЕ в выявлении искренности или неискренности был получен и в Агентстве Национальной Безопасности, которое, однако, порекомендовало попробовать их возможности в других областях, где возникает необходимость дистанционной оценки состояния стресса.
В 1978 году во время очередных слушаний в Конгрессе США были представлены новые результаты исследований анализаторов голоса, проведенные Бреннером и Брэкскомбом в университете штата Орегон и в Массачусетском технологическом институте, соответственно. По полученным ими данным анализатор типа РSЕ действительно может выявлять состояние стресса по изменению определенных акустических характеристик речевого сигнала, однако эти приборы характеризуются серьезными техническими недостатками, приводящими к низкой воспроизводимости (надежности) получаемых с их помощью результатов. В частности, их показания сильно зависят от качества звукозаписи и произвольного изменения своего голоса диктором.
Ф. Ховарт, известный в США специалист в области полиграфа, провел сравнительное исследование диагностической эффективности анализатора РSЕ и электрокожной реакции (КГР) в условиях лабораторного теста, в ходе которого выявлялось скрываемое проверяемым число. Точность диагностики с помощью РSЕ составила всего 38 %, что было даже хуже уровня случайного угадывания (равного примерно 50 %), тогда как точность выявления скрываемой цифры на основе электрокожной реакции была 92 %. Последующие исследования Дж. Кубиса также показали, что наибольшей эффективностью в обнаружении лжи обладает контактный полиграф, затем следует анализ признаков невербального поведения, а анализаторы голоса дают наихудшие результаты, не отличающиеся от подбрасывания монеты. В контролируемом эксперименте эти приборы практически не были способны различать лиц, совершивших кражу, ее свидетелей и лиц, совершенно к ней непричастных.
Японский специалист в области полиграфа Сузуки провел акустический анализ частоты основного тона, интенсивности и временных характеристик 75 ответов на проверочные вопросы в ходе реальных уголовных расследований. Ни один из параметров не дал точности диагностики выше, чем уровень случайного угадывания, из чего был сделан вывод о полной ненадежности и бесполезности анализаторов голоса в задачах оценки достоверности сообщаемой человеком информации.
Такова история, которая, к сожалению, мало чему научила настоящее. Судя по всему, эти и подобные им приборы еще долго будут кормить тех, кто их производит и ими торгует. Примечательно в этом плане высказывание руководителя фирмы, выпускавшей анализатор голоса Наgоth. На вопрос корреспондента одной американской газеты – «Так работает все-таки ваш прибор или нет?» он ответил – «Конечно! Если не верите, посмотрите на мой счет в банке». После таких циничных заявлений, становится понятным, что все анализаторы голоса, в каких бы видах и упаковках они не выпускались, оказываются сродни таким мошенническим брендам, как Гербалайф, Кремлевская таблетка или Циркониевый браслет. К сожалению, бороться с заблуждением потребителей путем обращения к их разуму невозможно – каждый хочет сначала потратить деньги, а уж потом убедиться в обмане производителей и продавцов на самом себе. Это их право.
Если же обратиться к новейшему поколению анализаторов стресса в голосе – современным компьютерным устройствам (Соmрutеr Vоiсе Strеss Аnаlуzеrs – СVSА), которые в последнее время все больше наводняют низкотребовательный российский рынок, и, не вдаваясь в существо этих приборов, уже описанное выше, посмотреть хотя бы прилагаемые к ним инструкции, то сразу поражает низкое качество их содержания. Важные психофизиологические представления изложены примитивно, ниже уровня домашней хозяйки и, в значительной мере, просто неправильны. Содержательные ошибки можно встретить в каждом абзаце. Материал эклектичен, все мешается в одну кучу. Предлагаемые методики применения прибора представляют собой грубый, с плохим переводом и искажениями перенос типовой процедуры обследования с использованием контактного полиграфа даже без попыток ее адаптации к условиям «бесконтактности». Чего только стоит одна фраза «…ступни ног обследуемого должны плоско стоять на полу», встречающаяся в одной из таких инструкций.
Легко убедиться, что, несмотря на огромные по объему тексты инструкций по применению анализаторов голоса, в них практически нет информации о том, какие же психофизиологические явления и закономерности положены в основу действия этих приборов, помимо того что почти дословно повторяются высказывания самых первых разработчиков, приведенные выше. А ведь эта информация исключительно важна для того, чтобы понимать, какие методические требования и почему нужно соблюдать, чтобы получать максимально валидные результаты и контролировать их качество. К сожалению, этого нет.
Совершенно неубедительно также выглядят попытки введения сегодняшними авторами собственных определений психологических и психофизиологических понятий и их классификации. Зато вместо нормального изложения содержательной части метода огромное внимание (львиная доля текстов) уделено мелким и второстепенным деталям работы с программным обеспечением, которые и без того очевидны любому современному человеку, знакомому с компьютером. Это известный прием, который используется для того, чтобы усилить видимость научности и сложности проблемы, решаемой с помощью компьютерных технологий.
Высказанное выше мнение не является отражением предвзятого отношения авторов к «анализаторам голоса». Аналогичную позицию по этому вопросу имеют все наиболее уважаемые в мире и компетентные профессиональные организации в области прикладной психофизиологии вообще и оценки достоверности сообщаемой человеком, в частности. Без колебаний можно назвать две из них – это Американская Ассоциация Полиграфа (АРА) и Институт полиграфа Министерства обороны США, позиция которого формирует принципы использования полиграфа и других средств оценки достоверности информации во всех федеральных ведомствах США. Так вот, обе эти предельно уважаемые организации совершенно однозначно и без каких либо «если», на основании массы проведенных исследований, признают все без исключения «анализаторы стресса по голосу», включая их самый последний вариант – СVSА, неэффективными и совершенно не допустимыми для практического использования ввиду их низкой точности и надежности. Руководство этих организаций обратилось с просьбой к специалистам в области прикладной психофизиологии во всем мире, используя свои профессиональные знания, разъяснять псевдонаучную сущность этих анализаторов и всеми силами противодействовать подмене сложной психофизиологической процедуры оценки достоверности сообщаемой человеком информации использованием подобных «игрушек», совершенно для этих целей не пригодных.
Позиция Американской ассоциации полиграфологов и Института полиграфа США недавно была поддержана и Национальной академий наук США, специальный исследовательский комитет (Nаtiоnаl Rеsеаrсh Соunсil) которой, проведя в 2003 году по заданию Правительства США изучение вопроса научной обоснованности использования полиграфа и других методов оценки достоверности информации, пришел к однозначному выводу о том, что на сегодняшний день не существует ни одного доказательства того, что «голосовые анализаторы» имеют хоть какое-то научное обоснование и могут использоваться на практике.
Тем не менее, ситуацию пока переломить не удается ни в России, ни в США, ни в других странах. В США ситуация с использованием «анализаторов голоса» особенно показательна. Благодаря агрессивной маркетинговой политике и откровенному обману потребителей со стороны производителей и продавцов этих лжеустройств, они получили достаточно широкое распространение, прежде всего, в полицейской практике во многих штатах США. Другая причина «опухолевого роста» численности этих приборов – полное естественнонаучное невежество полицейских, населения, а также пассивная позиция федеральных и муниципальных властей, которые, так и не пресекли распространение этого псевдонаучного изделия.
И все же борьба истины с ложью пока не проиграна и не закончена. Правда, к сожалению, продолжается она только в США, а Россия пока в нее не включилась. В настоящее время использование «голосовых анализаторов» запрещено во всех без исключения федеральных ведомствах США, а также в 9 из 50 штатов, в таких, как Иллинойс, Оклахома, Мичиган, Техас, Вермонт, Виржиния, Южная Каролина, Кентукки и Северная Дакота. Еще в нескольких штатах рассматривается вопрос о запрете «анализаторов голоса». В остальных же штатах применение этих приборов не то чтобы разрешено, а просто никак не регламентировано.
Кроме того, в соответствии с федеральными положениями о «Равных правах при найме на работу» и «Требованиям к процедурам отбора при найме на работу» голосовые анализаторы запрещено использовать при проведении мероприятий по оценке принимаемых на работу кандидатов. Таким образом, оказывается, что анализаторы голоса «успешно» применяются только на уровне местных полицейских участков по их собственной инициативе без какого-либо централизованного регулирования этого процесса. Кроме того, по имеющимся на сегодняшний день сведениям, несмотря на то, что после трагедии «11 сентября» Президент Буш подписал директиву № 1447 «О мерах безопасности на авиационном транспорте», которая разрешала Министру транспорта среди прочих мер обеспечения безопасности использовать «компьютерные анализаторы голоса», применение таких анализаторов развития не получило, тем самым не позволив мошенникам от науки в очередной раз нажиться на страданиях людей.
Борьба с лжеанализаторами голоса продолжается и сейчас. Лидирующие позиции в ней занимает Институт полиграфа Министерства обороны США (недавно переименован в Академию оценки достоверности информации). По его инициативе и при активной финансовой поддержке постоянно проводятся масштабные всесторонние исследования эффективности этих устройств. Почти все они с высокой убедительностью показывают, что коммерческие анализаторы голоса не обладают необходимой валидностью и не могут даже близко рассчитывать на то, чтобы заменить собой полиграф. При этом подчеркивается, что эти приборы в принципе способны определять наличие у человека сильного стресса по неизбежно сопровождающим его множественным изменениям в голосе, однако в практическом плане они совершенно не пригодны для оценки достоверности информации, содержащейся в его высказываниях.
Атаку против анализаторов голоса начала и юридическая система США. Все чаще в судах разных уровней судьи с гневом отметают доказательства, предъявляемые полицией на основе использования анализаторов голоса, признавая их научно необоснованными. Более того, суды начали рассматривать иски американцев, пострадавших от неправильных выводов, полученных с помощью этих приборов. Один из калифорнийских судов в 2004 году рассматривал иск к Национальному институту установления истины (Nаtiоnаl Institutе оf Тruth Vеrifiсаtiоn – NIТV) – крупнейшему производителю и поставщику компьютерных анализаторов голоса на американском рынке, в связи с несоответствием продаваемой им продукции заявляемым качествам (способности выявлять ложь) и связанным с эти большим числом фатальных ошибок при использовании этой техники органами полиции. В ходе следствия один из топ-менеджеров этой компании признался, что производимый ею «анализатор голоса» не способен отличать ложь от правды. В этой связи уместно отметить тот факт, что «Американская ассоциация полиграфологов» (АРА) в свое время обратилась с открытым письмом в этот институт, в котором официально заявила, что все утверждения NIТV о высокой точности «анализаторов голоса» совершенно не подтверждаются независимыми экспериментальными исследованиями и, по сути, являются прямым обманом и научным мошенничеством. АРА попросила дать также официальный открытый письменный ответ на свое письмо. До сегодняшнего дня ответ из этого института так и не поступил. Кроме того, NIТV отказался предоставить экземпляр выпускаемого им «анализатора голоса» Национальному институту юстиции США (Nаtiоnаl Institutе оf Justiсе), который намеревался провести собственное исследование точности прибора и хотел для этого иметь достоверно работающий экземпляр, эффективность которого гарантировалась бы самим производителем. Тем не менее, такое исследование Минюстом США все же было проведено, и его результаты были опубликованы в конце 2007 года. Как и ожидалось, эффективность исследовавшихся приборов оказалась равной нулю.
Еще один правовой скандал с Национальным институтом установления истины, получивший резонанс в США, был связан с тем, что его глава доктор Чарльз Хамбл, на самом деле никогда не защищал никакой докторской диссертации, а, подделав диплом доктора психологии, сам себе присвоил докторскую степень по «маркетинговым» соображениям (как видим, проблема подделки дипломов, о которой говорилось в начале книги, существует не только в России, но и в США). Благодаря этому приему (наличие докторского титула перед фамилией) ежегодная прибыль компании превысила миллион долларов. Этот факт очень показательно характеризует не только самого «доктора» Хамбла, но и всех тех, кто занимается мошенничеством от науки (в том числе и в России), используя в корыстных целях невежество населения в области естественных наук и попустительство закона и властей.
Завершая обсуждение анализаторов голоса, хочется обратиться к самым последним данным, полученным из Пентагона. Как выяснилось, несмотря на официальный запрет, эти приборы продолжают инициативно использоваться некоторыми органами военной полиции, в том числе, в Ираке. Как показало недавнее специальное расследование таких фактов, проведенное по указанию руководства Министерства обороны США, использование этих в принципе не работающих устройств привело к тому, что несколько террористов были ошибочно освобождены после того как они успешно прошли тест с использованием «анализаторов голоса». Расследование также показало, что популярность этих приборов в полицейских органах связана, прежде всего, с тем, что с его помощью проще «выколачивать» признания из подозреваемых. Именно это качество «анализатора голоса» американские следователи считают его главным достоинством.
По утверждению Роберта Рогальского (Rоbеrt Rоgаlsкi), заместителя министра обороны США по контрразведке, последнее масштабное и тщательное исследование, проведенное по заданию Пентагона, показало «полное отсутствие связи между показаниями анализаторов голоса и реальным наличием или отсутствием лжи и стресса». «Нам нужна более надежная техника, чем просто подбрасывание монеты» – заявил Р. Рогальский. В настоящее время Пентагон повторно запретил использовать «анализаторы голоса» в своем ведомстве.
В заключение данного раздела необходимо подчеркнуть, что речь в нем идет только о коммерческих устройствах, осуществляющих относительно примитивный анализ акустической составляющей речевого сигнала. И хотя цены на эти псевдоустройства, прежде всего, по коммерческим соображениям производителей и продавцов часто бывают запредельными, а сложный компьютерный «обвес» призван создавать ореол глубокой научности, по сути, это те же самые игрушки, которые любой желающий может приобрести в магазине сувениров или в Интернете.
В то же время, совершенно очевидно, что речь человека как таковая, а не только ее некоторые простые акустические характеристики, является богатейшим источником признаков, необходимых для оценки достоверности сообщаемой информации и обнаружения актов лжи. Однако для того, чтобы достоверно выявлять ложь в речи, необходимо исследовать не только ее акустический компонент, но и проводить сложный системный анализ семантических, психолингвистических и паралингвистических составляющих речевых высказываний. Проведение такого анализа требует глубоких профессиональных знаний хорошо подготовленных экспертов и на сегодняшний день, к сожалению, не может быть просто автоматически реализовано ни на персональных компьютерах, ни тем более в примитивных устройствах типа «анализаторов стресса в голосе». Тем не менее, попытки создания таких комплексов, действительно основанных на научных принципах, в настоящее время ведутся не только в зарубежных странах, но и в России. Последние отчеты некоторых отечественных разработчиков позволяют надеяться на появление в ближайшем будущем принципиально новых и эффективных устройств и методик компьютерного анализа устной речи.
В завершение раздела о неудачной судьбе коммерческих анализаторов голоса следует отметить одно общее обстоятельство. Поскольку проблема совершенствования психофизиологических технологий продолжает оставаться актуальной, в настоящее время с завидным постоянством в желтой, да иногда и в серьезной прессе появляется информация о разработке якобы все новых и «уникальных» методов обнаружения лжи, которые предлагаются в качестве альтернативы полиграфу. Анализ показывает, что в лучшем случае большинство из них могло бы быть пригодно лишь на роль дополнительного к полиграфу канала информации, хотя современному полиграфу такие дополнительные каналы совершенно не нужны. Дело в том, что помимо дополнительной полезной информации, которая может поступать по этим каналам, они приносят с собой еще и большой объем шумовых параметров, приводящих в итоге к снижению точности получаемых результатов. Все эти суперинновационные методы хороши ровно настолько, насколько верны теории, лежащие в их основе.
В этой связи уместно было бы напомнить, что в свое время, причем не так давно – в начале ХХ века была придумана «френология», которая предлагала оценивать личностные характеристики на основе измерения выступов и выпуклостей черепа человека. Была разработана совершеннейшая техника для проведения этих измерений. Намного опередив свое время, появился сложнейший антропометрический прибор для измерения поверхности черепа. Его показания были исключительно точны, но они не имели ни малейшего отношения к психологии и оценке личности человека. Так и многие предлагаемые сегодня технологии очень неплохо измеряют различные физические и физиологические процессы, которые, к сожалению, не имеют никакого отношения к оценке достоверности информации, сообщаемой человеком. Поэтому желательно, чтобы в будущем наши теоретические представления о процессе лжи стали бы такими же совершенными, как и технологии, которые мы используем для ее обнаружения.