Деньги, банковский кредит и экономичские циклы.
Предложение и спрос на настоящие блага (после экономического кризиса, вызванного кредитной экспансией, не обеспеченной сбережениями).
| Поставщики настоящих благ | Покупатели настоящих благ | |||
| Капиталисты 1-й стадии | = 106,50 + 10,20 = | 116,70 | 106,50 капиталистам 2-й стадии +10,20 на первичные средства | |
| Капиталисты 2-й стадии | = 80,00 +13,70 = | 93,72 | 80,00 капиталистам 3-й стадии +13,72 на первичные средства | |
| Капиталисты 3-й стадии | = 53,25 +17,15 = | 70,40 | 53,25 капиталистам 4-й стадии +17,15 на первичные средства | |
| Капиталисты 4-й стадии | = 26,50 +20,36 = | 46,86 | 26,50 капиталистам 5-й стадии +20,36 на первичные средства | |
| Капиталисты 5-й стадии | 0 +23,32 = | 23,32 | 23,32 на первичные средства | |
| 266,25 | 84,75 |
Предложение настоящих благ, всего = 351,00 д.е. = СБЕРЕЖЕНИЯ И ИНВЕСТИЦИИ ВАЛОВЫЕ = 351,00 д.е. (общий спрос на настоящие блага).
Валовой доход за год = 483,7 д.е. (идентичен валовому доходу в табл. 5–5).
132,7 д.е. конечного потребления + 351 д.е. предложения и спроса на настоящие блага (валовые сбережения и инвестиции = 483,7 д.е.).
Следует подчеркнуть, что показанная на рис. 5–7 производственная структура, сложившаяся после необходимой реорганизации, не может соответствовать структуре, существовавшей до кредитной экспансии. Так происходит ввиду существенно изменившихся обстоятельств. В той степени, в какой редкие ресурсы общества были направлены в инвестиции, которые теперь не поддаются реструктурированию и поэтому потеряли всякую экономическую ценность, произошли крупномасштабные и неизбежные потери специфических капитальных благ. Это вызывает общее обеднение общества — состояние, проявляющееся через снижение доли капитального оборудования на душу населения, что ведет к снижению производительности труда и, следовательно, дальнейшему сокращению реальных ставок заработной платы. Помимо этого, имели место сдвиг в распределении дохода между различными факторами производства и перестройка инвестиционных процессов, которые, будучи запущены по ошибке, все же имеют некоторую пользу и экономическое значение. Таким образом, новые обстоятельства делают производственную структуру очень непохожей на ту, что существовала до того, как банки развернули кредитную экспансию, и количественно более плоской и бедной[362].
Подведем итоги. Мы описали микроэкономическую основу стихийной реакции рынка, которая следует за кредитной экспансией. Эта реакция вызывает последовательные циклы бума и спада, регулярно мучающие западные экономики уже почти два столетия (и даже дольше, как мы видели в главе 2). Мы также показали теоретическую невозможность того, что увеличение банковских кредитов — за исключением случая, когда оно поддерживается соответствующим предварительным ростом добровольных сбережений, — способно позволить обществу снизить необходимые жертвы, требуемые всеми процессами экономического роста, а также способствовать устойчивому росту и ускорять его в отсутствие добровольного решения граждан жертвовать и делать сбережения[363]. С учетом этих крайне важных выводов в следующей главе будет исследовано их значение для банковского сектора и, в частности, тот способ, которым они объясняют, что этот сектор не может действовать независимо (т. е. без центрального банка), если основан на частичном резервировании. Тем самым мы завершим теоретическое изложение, начатое в главе 3, цель которого показать на основе экономической теории, что банковская система не может гарантировать себя от приостановок платежей и банкротств с помощью нормативов обязательного резервирования (частичного), поскольку предполагаемая гарантия (норматив обязательного резервирования (частичного)) и есть то, что запускает процессы кредитной экспансии, бума, кризиса и экономического спада, которые неизбежно подрывают платежеспособность банков.