Ниндзя инноваций. 10 убийственных стратегий самых успешных мировых корпораций.

Утечка сейчас и навсегда?

Было бы упущением не прокомментировать тот факт, что некоторым крупным фирмам и федеральным агентствам тяжело в полной тайне разрабатывать проекты и программы. Я считаю, что в настоящее время правительство США, и тем более частная компания, не сможет долгое время держать в секрете проект, по своим масштабам сопоставимый с Манхэттенским. В любой компании вообще трудно обеспечить полную секретность всех составляющих инновационного проекта. А если к этому добавить постоянный риск утечки конфиденциальной информации, то становится понятно, как сложно обеспечить безусловную секретность проекта.

Но даже если полная скрытность труднодостижима, некоторая степень секретности и конфиденциальности необходима каждой отрасли – от роддома до морга, от высокотехнологичных секторов до нетехнологичных, – потому что каждая фирма владеет определенной конфиденциальной информацией. И поскольку промышленный шпионаж становится все более актуальной проблемой, необходимость эффективной защиты такой информации невозможно переоценить. Я считаю, что большинство инновационных процессов неизменно будут сталкиваться с утечкой информации, источником которой будут и сотрудники, и системы связи.

Для каждого типа инноваций существуют свои проблемы безопасности. Например, общее развитие технологий, как правило, происходит в достаточно открытой среде. Это необходимо для получения самых разных мнений, которые трудно генерировать в масштабах одной фирмы. Новые продукты, услуги, проекты и даже новые бизнес-модели могут потребовать от компании кооперации с поставщиками, которым рано или поздно придется участвовать в инновационном процессе. Хотя инновационная фирма может быть чьей-то собственностью, участвующие в работе ученые, инженеры, маркетологи, руководители подразделений вольны менять место своей работы и переносить в новые фирмы свои знания, независимо от соглашения о неразглашении корпоративных тайн.

В связи с этим я хотел бы рассказать о своих наблюдениях за инновационным процессом Аррlе, который может послужить лучшим примером из индустрии высоких технологий. Как написал Уолтер Айзексон в биографии Стива Джобса, и это, скорее всего, правда, в Аррlе есть сверхсекретная «святая святых» с тонированными стеклами, тяжелыми дверями и охранниками. Офисом руководит Джонатан Айв, старший вице-президент, блестящий промышленный дизайнер, и там находятся прототипы, над которыми якобы работал сам Джобс {83} . Я регулярно читаю годовые отчеты Аррlе, и одно сообщение привлекло мое особое внимание: «Бизнес-стратегия компании использует свою уникальную способность разрабатывать собственные операционные системы, аппаратные средства, программное обеспечение и сервисы, предоставляя клиентам новые продукты и решения, простые в использовании, интегрированные и с инновационным дизайном» {84} .

В интервью 2012 года Айв более подробно рассказал об инновационном процессе в Аррlе: «Мы стараемся разрабатывать продукты, которые кажутся естественными и оставляют ощущение, что это единственно возможное решение, которое имеет смысл» {85} . Это чувство неизбежности появления продукта представляется мне важным ингредиентом в «секретном соусе» Аррlе, но я не удивляюсь, что время от времени этот «соус» оказывается за охраняемыми дверями офиса. В 2010 году секретный тогда iРhоnе 4 нашли забытым в баре. Он был замаскирован под предыдущую модель, но хитрость не сработала {86} .

В любом случае я сомневаюсь, что сегодня возможно поддержание полностью скрытого режима до того момента, пока инновационный продукт не будет выпущен на рынок и не победит своих конкурентов. Но я верю в более скромные версии скрытого режима инноваций, в том числе для новых продуктов, услуг и бизнес-моделей. Возможностей для этого много. Приведу несколько примеров.