Бизнес с русскими или без?
Нелюбовь к себе.
Чак:
— Русский, почему ты так себя не любишь?
Русский:
— С чего ты взял?
Чак:
— Ну, как же: пришел — сапоги не снял, так и улегся. Ноги устанут, сопреют. Вообще сходил, помылся бы!
Русский:
— Так мне же еще за водой идти!
Чак:
— Нет, я вот себя люблю: я пришел бы, помылся, поел — а потом бы принялся за работу.
Йохо:
— Оделся бы во все чистое…
Стив:
— Ногти бы подстриг, причесался.
Русский:
— Да ну вас, в самом деле! Издеваетесь, что ли? Работа — это не праздник!
Миша:
— А у нас есть праздники?
Русский:
— Новый год праздновали…
Миша:
— И их много у нас?
Чак:
— А давайте, их будет больше? Давайте мы будем праздновать наши профессиональные праздники?
Русский:
— Тогда на носу у нас профессиональный праздник геологов, то есть меня!
Стив:
— Русский, а как у вас празднуют «День геолога»?
Русский:
— Геолог садится и пьет водку, вот как.
Стив:
— А коллеги?
Русский:
— Они тоже, бывало, пьют, но после работы не всегда получается.
Стив:
— Как после работы? Разве профессиональный праздник — не выходной?
Русский:
— С чего бы?
Чак:
— А я вот читал: у римлян праздников было больше, чем непраздников. Праздников было 240 или 245 в году, а остальное — серые будни.
Стив:
— И что, профсоюз не возмутится?
Русский:
— У нас их нет.
Стив:
— Но компания должна устроить корпоратив, пригласить девочек, отвести вас в хорошее место, дать пообщаться с мэром, с предпринимателями, с общественными деятелями. Вы бы прошлись по главной улице….
Русский:
— У нас на «День десантника» десантники ходят по главной улице.
Йохо:
— О, ваши десантники участвовали в штурме наших укреплений?
Русский:
— Нет.
Самураич:
— А может, они участвовали в штурме наших островов в Тихом океане?
Русский:
— Нет.
Стив:
— И в высадке в Нормандии они не участвовали. Странная любовь к десантникам… Вот ваши геологи столько нашли…
Русский:
— Наши десантники воевали, но никто об этом не знал. Даже их страна. (Пауза.).
Чак:
— Русский, а правда, что в день медработника по улицам Москвы бегают голые медсестры?
Русский:
— Ну да, а в день циркового работника — голые медведи! Слышали мы это!
Зет:
— Ну а день Святого Патрика вы празднуете?
Русский:
— Как ни странно — да!
Стив:
— Русский, мы почти каждый день после работы идем в клуб или в бар.
Зет:
— Каждый.
Русский:
— Мы — нет.
Стив:
— Почему? Так не нравятся те, с кем работаешь?
Русский:
— Да устаем мы, не хочется вечером ничего!
Йохо:
— А вы начинайте в семь, как мы. Тогда к четырем работа заканчивается.
Стив:
— Ладно ребята, оставьте эту тему. Празднуем день геолога, завтра! Иван, что ты хочешь, чтобы мы тебе устроили, сделали, подарили? Хочешь, мы сыграем пьесу?
Русский:
— Что, серьезно?
Стив:
— Очень серьезно!
Русский:
— А танцы с красотками — слабо?
Стив:
— Ничего не слабо! Миша съездит через пролив к соседнему племени, договорится. Миша, у тебя есть, что им дать?
Миша:
— Есть, есть…
Стив:
— Ну вот, будут тебе красотки! И нам заодно. Но помни — праздник твой!
Мы себя не любим?
Мы себя не любим.
Давайте пройдем тест.
Вопрос 1: Когда в последний раз Вас хвалило начальство?
А. Сегодня.
Б. Вчера.
В. На неделе.
Г. На прошлой неделе.
Д. Не помню.
Е. Никогда.
Вопрос 2: После работы мы обычно идем в…
А. Клуб.
Б. Бар.
В. Кино.
Г. Гуляем вместе по улицам.
Д. Идем к кому-нибудь в гости.
Е. Идем домой.
Вопрос 3. О тех, с кем мы вместе работаем, мы знаем:
А. Все.
Б. Почти все.
В. Многое, например то, какие оценки приносят их дети из школы.
Г. Знаем, что они заказывают в столовой.
Д. Их имена.
Е. Ничего.
Вопрос 4. Я был в отпуске с/со…
А. Своей женой / мужем.
Б. Своими друзьями.
В. Своими родителями.
Г. Своим начальником.
Д. Сослуживцем.
Е. Группой сослуживцев.
Вопрос 5. Мое рабочее место…
А. Усеяно розами.
Б. Милый, уютный уголок.
В. Чистое красивое место с фото моих близких.
Г. Не хуже, чем у других.
Д. Ничем не отличается от других.
Е. Мне все равно, в какой обстановке работать.
Достаточно? Возможно, вы принадлежите к тем особенным работникам, которые сдувают с себя пылинки, которых любит начальство, которые на работе чувствуют себя, как Адам в Райском саду. Возможно, вы — такие. Но большинство — нет.
Мы можем великолепно жить дома: забиться в угол и смотреть «ящик». Но, чтобы жить на работе, нам надо взглянуть правде в глаза и спросить себя: за что мы себя так не любим? За что не любим поляков, ясно: за 1918 год и за события на месте Красное, когда в 1813 году польские кирасиры и уланы прошли по нам, отступая и прикрывая Старую Гвардию Наполеона, как ножом по сердцу. Немцев не любим за 1941 год, за страх и отчаяние тех дней. Французов — за французскую революцию, а англичан — за английское самомнение. Здесь все понятно, есть основания. Но оснований не любить себя — у нас нет! Разве не русский мужик завоевал сибирские просторы? Не наш ли сухопутный народ построил корабли и поплыл за Лазаревым вокруг света? Разве не мы строили первые спутники? За что же мы себя не любим?
Давайте задумаемся, кто нас окружает на работе — замечательные люди очень нестандартного народа! Давайте же попробуем ежечасно находить в себе хорошее, которое в нас определенно ЕСТЬ, и не сосредотачиваться на плохом, которого в нас тоже немало. Мы предлагаем вам пожить в розовых очках. Хотя бы временно! До тех пор, пока в нас не выработается позитивное отношение к действительности вокруг нас, мы не перестанем быть отравленными, а станем здоровыми. И вот тогда можно будет поговорить о корпоративной культуре и неформальных отношениях на работе.
Но это все мечты! Можно сколько угодно кричать о том, какие мы замечательные, но это все равно не поможет нам понять: почему мы не любим себя.
Давайте взглянем на нашего человека за пределами нашей страны, где-нибудь в благополучной стране Запада. Он меняется! А если он уехал туда жить? Он меняется еще больше. Исчезает напряженность во взгляде, он начинает работать больше, спать меньше, он бодр и весел, он живет на все 100! Почему же?
Возможно потому, что он находится в другом ментальном поле, в поле других людей… Но отчего же нам такое поле не воспроизвести у себя на родине? Что мешает?
Мы же сами и мешаем. А может, правительство или соседи? Нет! И наши президенты и наши соседи — те же люди, что и мы с вами. Что же побуждает нас включаться в общую цепь недовольства собой, так же как людей на Западе — в общую цепь довольства?
Совершенно ясно, что люди живут не на Луне, а на Земле. Земля определяет все: и мысли, которые человек думает, и образ жизни. В Палестине, те, кто там был, говорят, что воздух пропитан ненавистью. И земля тоже — она не производная от ходящих по ней, но и ей неприятно, когда люди ссорятся.
Земля под нашими ногами транслирует нам свое недовольство — за то жуткое состояние, в котором она пребывает, и мы сами допустили это! А ведь земля — это живой организм! Мы же заключаем соглашения, в соответствии с которыми мы собираем со всего мира ядерные отходы и хороним в ней. Что она при этом «чувствует», что она пережила в Чернобыле в 1986 году… — мы не знаем. Но оттуда начались многие наши «беды», не правда ли? До этого все еще было вроде «ничего»?
Авария в Чернобыле и ядерные захоронения стали для земли «последней каплей». Она устала — и все покатилось под откос. Говорят, что к этому все шло! Правильно! Мы никогда ее особо и не любили.
Земля проецирует на нас свое недовольство, а мы проецируем его на себя — как недовольство самими собой. Как же иначе — наша земля обладает ключами к нашему существу. Мы здесь родились, она все о нас знает: где росли, кто были наши родители… — все. Посмотрите, как ведут себя нерусские на улицах наших городов. Им не очень комфортно, но они все равно — деятельны, собранны, энергичны. Они подпитываются энергией «своей земли», которая помогает им издалека. Потому на нашей земле они сохраняют бодрость духа!
Что же нам делать, чтобы земля нас полюбила?
Всех она не сможет полюбить. Долгое время она отдавала нам то, что наработали другие (см. предыдущую главу). Сейчас — она отдала все без остатка. Все стало рушиться с 1918-го, с Гражданской, когда ее сыновья без разбору стали убивать друг друга, такое земля не смогла простить.
Что же делать?
Для начала надо полюбить тот небольшой клочок земли, который у вас есть на работе. Полюбите его! Это то, что вам дано! Это то, за что вы отвечаете. Все знают, какие замечательные цветы растут на дачах, какие созревают овощи, фрукты там. Все потому, что хозяева любят свои 6–10–12 — сколько там соток. Давайте же полюбим и территорию завода, фабрики, где мы работаем — они же стоят на земле!
Столяры кондитерского объединения «Любимый край» в нерабочее время соорудили такую композицию у своего цеха: уголок сельского быта, дома, телега, дорога, указатель «Любимый край» из дощечек. Получилось красиво и мило: в России ли мы? Наверное, но в России какого века[12]? Когда бродишь по центру Санкт-Петербурга и по его окраинам, кажется, что это два разных города в разных странах. В центре — все убрано, сияют витрины, красота и богатство. На окраинах — бедность и бесприютность. Но смотришь вдруг: под деревьями у дома лежат выполненные из плюша собаки, деревянная свинья, в другом месте — журавль и плетеные корзинки. Но ведь их засыплет снег? Кажется, что их сооружает и ухаживает за ними один и тот же человек. Он ходит босой в мороз и улыбается, когда его спрашивают о его поделках (по адресу: Парголовская, д. 6).
Он — первый. Первый за много-много веков человек на этой земле, который ее действительно полюбил. Где первый — там и второй.
Кто этот человек, которого любит земля и который потому любит себя? Это — хозяин. Можно уйти с работы и открыть собственное дело. Отсылаю вас к руководству, как это делать на русской почве и с русским духом: «Магия и культура в науке управления»[13].
Тогда к вам в одночасье вернуться и ваше уважение и ваша любовь к себе. Нет денег, чтобы начать одному? Создавайте артели, команды, покупайте бизнес вскладчину. Поймите, вернуть любовь к себе необходимо, и сделать это невозможно, продолжая работать с теми, кто себя не любит!
К чему приводит нелюбовь к себе на работе? А к тому: дружба и любовь в рабочей обстановке препятствуют нормальному труду, не являясь стимулами к работе или ступеньками в карьере.
Рассмотрим случай любви в западной компании на Западе. Джон, менеджер «среднего звена», любит Долу, директора компании. Он дарит ей цветы, и они потихоньку встречаются. Доле льстит, что за ней ухаживает ее подчиненный — это заставляет ее быть всегда в форме и выглядеть «на все 100». К тому же теперь у нее в компании появился человек, на которого она, хочется думать, может рассчитывать в трудную минуту.
Какова же участь Джона в этом случае? Вероятно, его повысят — ведь корпоративные тайны он уже все знает — не лучше ли поднять его на ступеньку-вторую выше?
Дола, как женщина, планирует семью, и поэтому муж, зарабатывающий больше — лучше мужа, зарабатывающего меньше.
Но что, если Дола — замужем? Тогда Джону семья (и все остальное вне работы, возможно) «не светит», но Дола все равно будет отличать его от остальных, а возможно, и приблизит к себе в делах.
Теперь давайте рассмотрим вариант, когда Дола сама влюблена в Джона, а он, допустим, нет (дурацкая ситуация для Великого Северного охотника, правда?). Представили ситуацию? Джона ждет счастливое будущее в этой компании, если он, конечно же, не женат. Если женат — ему лучше уволиться (или утопиться).
Представим и такую возможность: начальник Джона — его старый друг. Что ожидает Джона в этом случае, на Ваш взгляд? Правильно, повышение, вплоть до зама. Директору нужен верный человек, чтобы, как говорят летчики, наблюдать за задней полусферой, то есть за спиной.
Ну вот, судьба наших героев складывается довольно удачно! Из всех вариантов, а мы пропустили лишь очевидный финал в случае, когда Дола и Джон по уши влюблены друг в друга, только один приводит Джона к увольнению.
Рассмотрим теперь ту же ситуацию на русской почве.
Есть Маша и есть Миша. Маша — директор компании, Миша — менеджер по качеству продукции. Маша любит Мишу. Маша не замужем. Миша — тоже. Казалось бы — что им мешает быть вместе?
Однако Маша не потерпит неформальных отношений на работе! Что значит, жизнь Миши превратится в ад! Маша будет прилюдно распекать его — приходить без нужды в его отдел и устраивать «разбор полетов». Коллеги быстро смекнут, в чем дело, и попытаются помочь Мише — но не тут-то было!
Вместо ожидаемого (кем? смешно!) повышения будет нервотрепка, которая не скоро кончится. Если Миша не уйдет сам, его уволит Маша. Да-да, не удивляйтесь! Маша будет наивно думать, что уволив и унизив любимого человека, она теперь сможет наслаждаться им вне компании без помех. Ну-ну, женщины, плохо вы знаете наших мужчин!
Теперь представим, что Миша или Маша — в браке. Как ни странно, ситуация не изменится, ничей брак никак не повлияет на ситуацию, как будто его вовсе нет.
Теперь представим, что Миша любит Машу, а не она его. Что получится тогда?
Тогда Мишиной участи тем более не позавидуешь. Мишу будут презирать, а это хуже, чем прилюдные разборки. Маша будет эдаким Дедом Морозом, каменной скифской бабой — и не растает никогда. Да, ей будет лестно внимание к ней подчиненного, но она не будет устраивать ему сцены ревности — она просто не будет его замечать. На самом деле будет, но никогда не покажет этого! Ей будет не все равно: что же такое ее подчиненный открыл в ней? Однако чувства кого-то — это ведь такая мелочь по сравнению с ее карьерой, правда?
Поведение Маши интересно с точки зрения психологии: она начальник, неужели же ей не жаль подчиненного? Говорят, на Руси женщины всегда были отзывчивы…
Да, «отзывчивы». Если Миша равен ей или выше. Но не тогда, когда он — «раб», а именно такое отношение транслируют нам наши руководители!
Теперь рассмотрим ситуацию, когда Миша — начальник, а Маша — подчиненная. Если влюблена Маша, то у начальника появляется стимул «работать по выходным» и вообще становится страшно за его здоровье. Но в любом случае Миша ее не возвысит — зачем? Маша в подчиненном положении ему удобнее, подарки ей — скромнее, чем если бы она была его «замом», ее амбиции меньше.
Таковы реалии.
Если же Миша влюблен в Машу, то у Маши появляется шанс — и это — единственный хороший из всех вариантов.
Сравните русский и западный варианты: в западной истории есть всего один несчастливый вариант развития событий, а остальные счастливые, в нашей — только один имеет счастливый исход, а все остальные не очень.
Теперь рассмотрим почти анекдотический случай, когда Миша и, допустим, Володя — друзья, работают в одной компании и один из них — начальник. Что вы будете наблюдать? Володя (начальник), конечно, не будет делать вид, что не знает Мишу, первый раз его видит в компании. Он будет увлеченно и с удовольствием с ним общаться, курить, тем самым выведывать у него секретную информацию о своих сотрудниках, чем усложнит жизнь Миши в своем отделе — с ним никто не будет общаться. Но может быть, думаете вы, Миша теперь приобрел самого директора вместо коллег? Вы ошибетесь — он приобрел очень внимательно следящего за ним руководителя и руководителя, который не простит ему, Мише, его ошибок. Нет, Володя не уволит его, но «сдать» отделу кадров может. При этом Миша будет молча страдать, а Володя — считать, что все нормально, так и надо. Дружба — дружбой, а бизнес — врозь!
Печально.
А может, у вас на работе женский коллектив и все наши примеры ни в чем вас не убедили? Рассмотрим и такой случай.
Женский коллектив… то есть, для начала — совсем женский. Мужчин нет. (Есть грузчик — но какой же он мужчина? Так, приспособление для поднятия тяжестей!).
Женский коллектив + грузчик-мужчина на Западе: такой коллектив будет стремиться к самоизоляции. Корпоративная культура выродится в корпоративную религию. В коллективе будет исповедоваться принцип: «один за всех и все за одного». Хорошим примером может служить женский коллектив шпионской фирмы из фильма «Мистер и миссис Смит». Ревность и неуживчивость будет резко и беспощадно пресекаться начальником-женщиной. Конечно, у нее будут свои любимицы — но им она будет доверять самые трудные задания, а любить будет всех — потому что это — правильно и это легко: любить своих женщин в жестоком и несправедливом мужском мире.
Теперь немного о грузчике. Для женщин — это как бы не мужчина. То есть, конечно, мужчина, и даже более того — мужик, но «для личного потребления». С остальными мужчинами (козлами) прошу не смешивать. Это — наш (козел)! Поэтому его мы бережем, любим как себя и зовем на корпоративы и после них — по расписанию. И коллектив у нас — по-прежнему сплоченный, уже не по формуле «сестры», а по формуле «сестры+».
Усложним задачу: в коллективе появился еще один мужчина — в офисе, не грузчик. Каким ветром его могла сюда занести? То есть: на каких условиях директор-женщина могла бы пойти на столь рискованный шаг? Ну, возможно, это — ставленник совладельца или фирмы сливаются или очень нужен известный дизайнер. На время.
Посмотрим, что будет происходить теперь.
Мужчина, несомненно, не должен быть уродом — такого просто не пустят в коллектив! Конечно, всем будет очень трудно — ведь у «сестер» теперь появился «брат». Младший. Несмышленыш. Которого надо учить. Который ничего не понимает. Которого надо прощать — за что же ругать существо, которое ни во что «не въезжает»? Которого надо опекать — всем или по очереди.
Вот такая песня.
А теперь — все то же самое, но на русской почве.
Русский женский коллектив. Корпоративная культура не строится — нет опыта и желания. Все пускается на самотек. Соответственно, внутренняя культура не перерастает в корпоративную религию, значит — не образуется чувство общности — а что возникает в женском коллективе, лишенном чувства общности?
Женщины по самой своей сути — строители отношений, объединители. Но одной «не потянуть» весь коллектив. Поэтому вокруг лидеров образуются группы, которые через некоторое время начинают враждовать. Группы образуются по принципу: «где сижу и на кого гляжу» — то есть «склад», «производство», «офис» и так далее. Руководители-женщины, если их несколько — опираются на «свои» группы и тоже враждуют между собой. Ну, хорошо — не любят друг друга, не враждуют.
Главное — нет любви и нет общности. Работать очень тяжело — даже самые простые вещи. Кругом сплетни, недомолвки, клевета, доносы. Ужас! Что, разве не так?
Теперь давайте «бросим» в этот кипящий котел бедную «лягушечку» — грузчика-мужчину. Вот уж на ком можно сорвать свою злобу! И здесь он не так и там он не то! Лучше бы сразу дали пистолет бедняге! Да и зачем он нужен? Когда не разобрались с собой, не можем переделать никого вовне. Не можем ничему научить, ни до какого уровня поднять…
Теперь вот что: в коллектив приходит мужчина, не на последний пост. Но и не на первый. То, что не на первый — существенно. Если в компании женский коллектив, а руководитель — мужчина, то все мгновенно превращается в «театр одного актера» и одновременно в «театр одного зрителя», причем это — одно и то же лицо. Зато — куча ассистенток за кулисами!
Налицо и дружба, и любовь, и ревность — и даже корпоративная религия по формуле «все за одного». Он нас «не», зато мы его — «да»!
Все хорошо.
Но у нас — не этот случай. Мужчина пришел поработать на чужую фирму. Он увидел отсутствие единства и решил его создать так, как он, мужчина, это понимает. Он увидел отсутствие стратегии и решил его создать, как он, мужчина, ее понимает. Он увидел отсутствие маркетинга и решил… впрочем, довольно! Все равно все его идеи ждет провал.
Ему просто не дадут развернуться! Зачем? А мы что — дуры, по-вашему? Мы что, занимаем своим посты просто так?
Вот так у нас и так у них — в аналогичных ситуациях.
Но, может быть, вы скажете: ничего подобного! У нас — дружный женский коллектив, никакой грызни, и с немногими мужчинами своими мы разбираемся по-хорошему. Ну, с нашей точки зрения по-хорошему. Ошибаетесь вы, уважаемые авторы!
Нет. Не ошибаемся. И вот почему:
Вы посмотрите внимательно вокруг: не наблюдается ли поблизости какой-нибудь корпоративной религии? Да откуда она возьмется — скажете вы — мы же ее не создавали? Да, не создавали. Но возможно — два варианта, когда ее создали за вас:
Если это — школа.
Если это — клиника.
Вас объединяет нечто, помогает, гасит конфликты. В случае школы — это культура обучения, она везде одинакова и это — одно из самых мощных влияний на психику человека. Второе — культура помощи больным. Не нищим или убогим — именно больным. Вы дали клятву Гиппократа и с этой поры вы — внутри корпорации. И она — вместе с вами.
А вне медицины, школ, детских садиков — тоска.
Печально, что мощнейшая энергия — дружба и любовь, так редко возникающие в трудовых коллективах, могущие быть локомотивами счастья, совершенно не востребованы у нас.
Весь мир любит себя. Давайте и мы — через силу, через отчаяние — полюбим себя такими, какие мы есть. Ну и что, что нас не любит земля? Зато она — наша, мы ее отстояли, она у нас есть. И это — уже повод себя любить.
Не получается! Без земли ничего не выходит. Тогда — надо уехать, хотя бы ненадолго. Походить по чужой земле, потрогать ее босыми ногами. Некоторая земля будет обжигать, как огонь или лед, некоторая — льнуть, словно кошка. Почувствуйте, как земля поднимает вас, делает крепче. Если вы это почувствовали — значит, это ваша земля. Оставайтесь тут! Нет, лучше — попытайтесь запомнить и перенести этот ответ земли через границу — на нашу почву. Быть может, получится.
Так, чтобы нормально работать с собой и с другими, необходимо избавиться от архетипа «нелюбовь к себе». Он — основной в паре с амбивалентностью — мешают нам правильно понять и оценить себя. Для того чтобы себя полюбить, придется потрудиться. Возможны варианты:
Вы начинаете собственное дело.
Вы начинаете любить ту землю, что у вас под ногами.
Вы едете в то место, где земля принимает вас.
Может быть, у вас есть еще один, четвертый способ? Тогда скажите, мы будем вам очень благодарны!
Стив:
— Р-рус-кий, скажи, ты любишь все это? (указывает вокруг себя).
Русский:
— й-я? Да, люблю!
Стив:
— За что же?
Русский:
— Я люблю за то… Я чувствую… этот остров… он меня спас. Он меня приютил! Он меня кормит! Здесь есть кислород, здесь можно дышать, здесь есть вода, ее можно пить. Я здесь не один — это все он сделал, остров!
Стив:
— А может, Бог?
Русский:
— Не-ет, не Бог! Я мог погибнуть в проливе — лодка уже набрала столько воды! Остров проплывал мимо, я не успевал причалить. А плыть не мог — нога очень сильно болела. И вдруг лодка ткнулась носом о мель! Мель, здесь? Я смог направить лодку прямо к берегу, благодаря этой мели. А мимо несся поток течения, всего в нескольких метрах! Знаешь, Стив: где-то земля очень добрая к тебе, а где-то нет. Хорошо, если добрая. Как здесь.