Книга 2.0. Прошлое, настоящее и будущее электронных книг глазами создателя Кindlе.

Образование: печатное или цифровое?

В конечном счете революция электронных книг – это изменение культуры. Она связана с влиянием цифровых книг на нашу цивилизацию. Настало время понять, что электронные книги значат для вас и будущих поколений. Действительно ли это прогресс, достижение, которое изменит то, как мы читаем и впитываем информацию и идеи? Или нам комфортнее с печатным видом изданий – пыльными книгами, которые мы храним, читаем и любим всю жизнь?

Конечно, ответ на оба вопроса должен быть утвердительный.

Электронные книги – это наибольшее приближение к миру идей, описанному Платоном. Они совершенны и воплощаются в нашем мире каждый раз заново, когда их загружают на новое устройство, как сайлоны из сериала «Звездный крейсер “Галактика”». Благодаря этому электронные книги отлично подходят для обучения. Их нельзя потерять или испортить. Школам не придется больше искать замену книгам, которые пострадали от боев в столовой или которые якобы съела собака, закусив домашней работой ученика. Гораздо сложнее обвинить собаку в том, что она съела электронную книгу с жесткого диска.

Дети по природе своей хорошо приспосабливаются, и, за исключением слабовидящих, я не встречал ребенка, который умеет читать, но при этом не может пользоваться электронной книгой. Мы, взрослые, можем, как Сократ, оставаться верными старине[99]. Но поверьте, все мы способны «разобраться» с электронной книгой. У нас нет в мозгу барьеров для чтения, если книга нас захватила. А если вы утверждаете обратное и искренне полагаете, что вы никак не можете осилить электронную книгу, значит, она, скорее всего, просто плохо написана. Дайте себе шанс, и вы освоитесь. Те дети, которые растут сейчас в условиях расцвета электронных книг, имеют прекрасную возможность начать с нуля без всяких предубеждений.

Я упомянул Сократа не просто так – его пример важен для сравнения старых и новых способов чтения. Если вы думаете, что сейчас важен выбор между печатной и цифровой книгой, то вас заинтересует, что во времена Сократа шли серьезные споры о ценности чтения как такового.

Сократ был рожден в устной культуре. Его учителя обучали его через диалоги – тексты, которые они знали наизусть. Сократ рано научился ставить эти тексты под сомнение, выдвигая собственные аргументы. Он был последним философом устной греческой культуры. Его ученик Платон тоже был воспитан в устной культуре, но научился читать. По иронии судьбы, о Сократе мы знаем как раз от Платона[100], так как Сократ не оставил письменных сочинений. Он не хотел доверять свои мысли пергаменту[101]. Платон не подчинился требованиям учителя и тайно записал некоторые его труды.

Сократ был одним из самых уважаемых и знаменитых педагогов своего времени, поэтому уместно процитировать здесь его слова.

Аргументы против чтения, которые приводил Сократ, были важными и глубокими, и вам следует их знать. Он считал, что чтение делает нас слишком ленивыми и ухудшает процесс обучения. Мы говорим, что узнали что-то, потому что прочитали об этом, но ведь мы не обдумали это, не поставили под сомнение, не обсудили. В устной же культуре было принято заучивать тексты, несколько раз прослушав их, впитав в себя и постепенно приняв их или подвергнув критике. Сократ считал, что акт сомнения исключительно важен для личностного роста.

Хотя я пропагандирую электронные книги, во многом я согласен с Сократом. Обучение – это не только запоминание фактов. Я держусь того мнения, что диалог важен для любой книги: нужно общаться с книгой (в том числе электронной) и возражать тому, что хочет донести до нас автор.

Доводы Сократа против чтения как такового относятся и к чтению электронному. Он, наверное, и сегодня вышел бы на улицы жаловаться на недостаток критических навыков у детей, на их неспособность скептически относиться к тому, что они читают в интернете. Может быть, вам захочется прочитать, что говорил Сократ в диалоге «Федр», и прийти к собственным выводам по поводу того, должны ли мы читать и как это лучше делать. Если после этого вы по-прежнему на стороне чтения, то барьеров на пути к электронным книгам тоже быть не должно.

Если говорить об истинной важности книг в нашей культуре (я имею в виду культуру всего человечества), то книги – это во многом то, что отличает нас от других животных. Книги дают образование. Они передают культуру. Написав книгу, вы вкладываете в нее всю свою мудрость и все то, чему научились сами. Другие смогут прочесть вашу книгу через много лет после вашей смерти и чему-то научиться. Это экспоненциальный рост культуры.

Без письма этого не добиться, вот и все. Есть предел тому, чему можно научиться путем личных контактов и бесед, – слушатель не все сможет запомнить и воспроизвести впоследствии. Да, конечно, можно передать многое, как и делали в дописьменной Греции – в культуре, которая дала Гомера и его невероятные поэмы, поэзию железного века. Поэмы Гомера были полностью устными. Как и он сам, небольшое число неграмотных поэтов продолжали нараспев читать героические поэмы и передавать тем самым основы греческой культуры: идеи благородства, борьбы за справедливость, истины и правосудия. Но гораздо труднее было бы научить потомков с помощью эпической поэмы, например, искусству металлургии или управления государством. Медицина или другая наука практически невозможны без текста, достаточно обширного и талантливого, чтобы содержать множество важных подробностей.

Мы, люди, выделяемся из числа других биологических видов, потому что мы создали книги как инструмент обучения, чтобы усовершенствовать непосредственную устную передачу знаний и опыта от человека к человеку. Между людьми из каменного века и дописьменной Грецией такая же разница, как между гомеровской Грецией и миллиардами грамотных людей, которые населяют земной шар сегодня.

Язык послужил причиной взрыва культуры, процветания и богатства, но и сам язык существенно обогатился благодаря письму – книгам, свиткам, клинописным табличкам. Мы не рождаемся со всеми достижениями культуры в голове; в то время как животные, только что родившись, уже инстинктивно знают, что им есть и как выглядят тени тех, кто на них охотится. Животные полагаются на инстинкт, а мы полагаемся на образование, на рассказы и сказки, которые матери и бабушки пересказывают детям и внукам. Мы записываем эти рассказы в книги, чтобы обучаться могли все последующие поколения, и очень рассчитываем на это.

У нас уже при рождении поразительно объемный мозг, зато отсутствуют инстинкты самосохранения. Маленькие пони и ягнята начинают ходить и сами питаться уже через несколько часов после рождения, а нам для этого нужны годы. Хотя наши тонкие и хрупкие черепа довольно велики, они все же неспособны удержать всю нашу культуру, которая передается из поколения в поколение не только инстинктивным образом. Мы полагаемся на культуру даже в самых базовых умениях – способности поддерживать гигиену, купаться, есть и пить. Я уже не говорю о более изощренных навыках: охоте или сельском хозяйстве. Эти культурные изобретения усваиваются и передаются следующему поколению благодаря книгам.

Мы далеко зашли в нашей культуре. Сейчас у нас есть электронные книги, мы легко можем выбрать одну книгу из миллиона и через минуту уже начать ее читать. Темпы технологических изменений настолько ускорились, что порой даже пугают. Возможно, вы считаете, что вам уже никогда не успеть за прогрессом. Даже если вы, благодаря своим техническим навыкам, смогли подписаться на сотню лент новостей, за развитием все равно не угнаться, потому что темп изменений в технологиях слишком высок даже для специалистов в этой области.

Неудивительно, что электронные книги смущают многих моих знакомых. Они не знают, какой ридер выбрать и зачем он вообще нужен. Я вполне понимаю, что технологии могут смущать нас. Но ведь высокие технологии – это всего лишь инструмент, как молоток или гвозди, хотя и менее понятный и надежный.

Как только вы перестанете поражаться революции электронных книг, как только выпутаетесь из разных проводов и начнете читать электронную книгу, думаю, вы поймете, насколько полезны они для нашей культуры, для чтения. Электронные книги в большей степени, чем бумажные, способны дать немедленное понимание. В конце концов, в большинство ридеров встроен словарь, так что определение незнакомого слова можно получить одним нажатием кнопки.

Если этого мало, то подумайте об общественных рецензиях, которые помогают лучше понять электронный учебник. Каждый читатель может внести собственные комментарии к электронной книге, и все рецензии разных пользователей можно свести вместе. Некоторые ридеры, например Аmаzоn Кindlе, показывают, сколько раз к данному месту в книге появлялся комментарий. Часто это «мудрость толпы», то есть во многих случаях те строки, которые чаще всего комментируются, и являются самыми мудрыми, самыми полезными для усвоения смысла конкретной главы.

Однако в этом заключается парадокс электронных книг: если вы согласны, что дети должны читать и что электронные книги могут научить тому же, что и книги бумажные, то почему не были оцифрованы первым делом учебники? Вместо них оцифровали художественную литературу, научную фантастику, любовные романы, бестселлеры, по версии Nеw Yоrк Тimеs, и, что уж там говорить, порнографию. Словом, то, что можно выгодно продать. Но такой контент редко имеет отношение к детям.

Основной парадокс революции электронных книг: она не будет успешной, пока цифровой формат не станет с самых ранних лет частью нашей культуры – да, с того момента, когда дети учатся читать. Электронные ридеры должны быть достаточно гибкими и хитрыми, чтобы можно было с их помощью научить детей читать. Сейчас же они для этого не приспособлены.

Чтобы улучшить ридеры в этом направлении, проводятся любопытные эксперименты. Например, сейчас мои друзья из манхэттенских издательств ушли с работы и уехали в Кремниевую долину работать на компанию, которая разрабатывает ридеры для студентов. У этих устройств два складных экрана, расположенных рядом, как в печатной книге. Это позволяет одновременно писать, чертить, рисовать, скачивать и читать книги.

Именно такие технические эксперименты нужны, чтобы перевести наше образование на цифровую основу. И пока этого не удастся, электронные книги останутся поверхностным явлением в нашей культуре. Они не вольются в нее, пока не вырастет воспитанное на электронных книгах поколение, пока язык электронных книг не станет родным для новых людей, с детства взиравших на фосфоресцирующие дисплеи с электронной бумагой.

Конечно, какая-то часть меня по-прежнему высказывается в пользу старых добрых печатных книг. И если у меня будет ребенок, я уже понимаю, насколько сложно мне будет решить, дать ли ему электронную книгу, разрешить ли пользоваться компьютером или даже смартфоном. Эти вопросы меня беспокоят уже сейчас. Многие родители, с которыми я общался, тоже опасаются, что их детей отвлечет от чтения на iРаd просмотр видео, приложения социальных сетей или кричащие обезьяны из игры, встроенной в электронную книгу.

Обеспокоены и учителя.

Профессора оплакивают потерю навыков критического мышления у современных студентов, утрату активных читательских умений. Когда мы пассивно потребляем контент, лениво позволяя мозгам отвлечься от тяжелого труда чтения, отвлекаемся на сообщения в социальных сетях и игры, мы тем самым изменяем наш мозг. Человек есть то, что он ест[102], и к цифровой диете это тоже относится. Мы – это те медиа, которые мы потребляем, в том числе и отвлекающие внимание. В каменном веке наши предки слушали птичье пение и жужжание пчел, и этого было им вполне достаточно. Потом мы придумали песни и рассказы. Но сегодня устная традиция нас, в отличие от Сократа, больше не устраивает. Чтением и письмом мы тоже не хотим ограничиваться. Мы хотим отвлечься и развлечься и больше всего хотим виртуальных развлечений, потому что они удобны – их можно загрузить на наши устройства в течение минуты.

Наша привычка к виртуальным развлечениям и пассивному потреблению контента опасна тем, что мы можем превратиться в новый биологический вид.

Конечно, я не имею в виду опасность стать роботами-сайлонами. Но мы можем стать видом, мозг которого устроен совершенно иначе, чем у людей. Видом, который неспособен к критическому мышлению, к активному воображению, не может, читая детектив, до конца романа понять, кто же убил дворецкого. Наши гаджеты позволяют все более тесную взаимосвязь, и новый вид людей, вероятно, будет гораздо более социальным, как те гиперактивные орангутанги с Fасеbоок. Не могу пока понять, в чем будут заключаться достоинства этого вида людей. Сам Сократ не мог понять преимуществ чтения и письма. Он просто отметал их с порога.

Нам, однако, не обязательно полностью отвергать виртуальную культуру. Просто нужно быть осторожнее. Придерживайтесь испытанных занятий и старайтесь не отвлекаться на виртуальные развлечения. Установите временное ограничение на то, сколько вы с детьми тратите на потребление информации с электронных носителей. Не поддавайтесь импульсу писать всякую ерунду в Тwittеr каждые десять минут. (Чтобы вновь сконцентрироваться на задаче после отвлечения, мозгу требуется минимум двадцать минут.).

Легко заявить, что в цифровом контенте нет ничего хорошего, особенно для развивающегося ребенка. Я когда-то тоже так считал. Однако сейчас я думаю, что это слишком упрощенная трактовка. Если вы возражаете против нового только потому, что это новое, то рискуете превратиться в старого зануду.

Как во времена Сократа и Платона существовал разрыв между устной и письменной культурой, так и сейчас имеется разрыв между культурой аналоговой и цифровой. И все мы принадлежим одновременно к обеим этим культурам. Мы воспитывались на телевидении и бумажных книгах, но сейчас у нас есть компьютеры и интернет. Мы видим темпы роста цифровой культуры, но по-прежнему помним, как пользовались телефонами-автоматами. Мы гибриды. Не будучи ни полностью аналоговыми, ни полностью цифровыми, мы способны постоять на краю цифрового разрыва и с ностальгией вспомнить телефонные книги, жетоны для автоматов и другие артефакты аналоговой эры. Но затем поспешим к цифровому будущему, к кредитным карточкам вместо денег, к электронным книгам взамен печатных. Цифровая культура уже с нами, а наши дети будут полностью воспитаны в ней.

Каким будет будущее образования?

Было бы слишком просто взять старые метафоры, связанные с печатанием, и сделать из них новые, относящиеся к цифровым носителям. Будущее образования не в виртуальных досках и не в обучающих играх на электронных устройствах. Я думаю, что в обучении появится больше социальных элементов. Нужно готовиться к неизбежному событию: вскоре наши дети придут в социальные сети, в Fасеbоок и Тwittеr.

Так почему бы не предложить школам вывешивать в Fасеbоок учебные планы и домашние задания, чтобы ребенок мог читать их со своей учетной записи? Если ученики будут вместе выполнять домашнее задание в интернете – что ж, тем лучше. Большинство работы, которую выполняют взрослые, основано на сотрудничестве. Так почему не разрешить социальное обучение и не издать рассчитанные на него электронные книги?

Недавно мне удалось понаблюдать за тем, как студенты колледжа готовятся к выпускным экзаменам. Они открыли новый способ обучения: созванивались по Sкуре, общались там и посылали друг другу скриншоты страниц электронных книг, которые читали в это время. Интересно, что эти студенты находились не в одном общежитии или библиотеке, а были рассеяны по всему миру – в Лондоне, Сингапуре, Дубае, Сиэтле. Они придумали такую систему сами, без всякого поощрения или помощи со стороны профессоров.

Безусловно, нужно беспокоиться о будущем образования в цифровом мире электронных книг, особенно если у вас есть дети, но я не думаю, что будущее это будет мрачным. Напротив, будущее полно возможностей. Надевая свою шляпу предсказателя, я вижу, что все электронные книги пронизаны социальными связями. Однако, уверен, это не может помешать вам уединиться с любимой книгой, отключить все чаты и программы сообщений на полях ридера. Всегда можно отключить функцию лучших цитат, отсоединиться от сети и наслаждаться книгой по старинке. Отдыхать в лучах солнца с прекрасным романом.