Критическая цепь.

25.

Они начали рано. К одиннадцати Рик закончил свою презентацию. Не было никаких сомнений, что она произвела на Дона Педерсон впечатление. Он даже сказал, что это знание принесет большую ценность Юни К°.

Потом выступил Джим с презентацией дизайна компьютерной системы для управления проектами. Его презентация была построена вокруг предупреждений «фабрики мысли» о том, с какой легкостью слишком сложная система может привести проектные команды к кошмару. Когда он закончил выступление, Дон похвалил его презентацию.

Обедать они не ходили. Джонни заказал сандвичи.

И все же Дон доволен не полностью. То, что он услышал этим утром, затрагивает только один аспект управления проектами. Важный аспект, но не самый важный. Как считает Дон, самые дорогостоящие ошибки делаются еще до того, как начинается исполнение проекта. Это ошибки в принятии решений относительно того, какой проект выбрать и каким должно быть содержание проекта. То, что он услышал, это хорошо, исключительно хорошо. Но все это направлено на работу уровней от управляющего проектом и ниже. А что насчет помощи высшему руководству в принятии решении?

Он думает, как это сказать и стоит ли говорить вообще. Они сделали отличную работу, и он не хочет говорить ничего, что могло бы выглядеть, как критика.

Кроме того, он нашел, что хотел. Этой команде можно доверить разработку нового ноу-хау. Было бы неплохо, если бы они не ограничились только областью логистики, а смогли бы охватить и финансовые аспекты. Неплохо, но не обязательно. Он решает поднять вопрос об обосновании инвестиций. Но если они будут защищать традиционные методы, он оставит эту тему.

— Я собираюсь провести конец недели с командой, занимающейся здесь строительством нового завода. Я непременно использую то, чему вы меня сегодня научили, — начинает Дон готовить почву. — Я хочу спросить вашего совета. Зная натуру управляющих проектами, я уверен, что они будут просить дополнительных инвестиций.

— Без сомнения, — соглашается Рик.

— Предположим, они попросят у меня дополнительно десять миллионов долларов на то, что поможет запустить завод на три месяца раньше. Как я должен сделать оценку этого?

— Я уверен, что если вы примените то, о чем мы сегодня говорили, вы сможете сократить время исполнения больше чем на три месяца и без каких-либо дополнительных инвестиций, — уверенно говорит Рик.

— Ты, скорее всего, прав, — вступает в разговор Шарлен. — Но вопрос остается. Предположим, что дополнительная инвестиция может ускорить завершение проекта, как сделать оценку относительно того, делать инвестицию или нет.

Дон кивает. Будучи профессором финансов, Шарлен, несомненно, знакома с этой проблемой, но много он не ожидает. Ему не раз приходилось обсуждать вопрос обоснования инвестиций, и эти дискуссии ни к чему не вели. Собственно говоря, он не раз задумывался, почему финансовые эксперты не в состоянии понять, почему его не устраивают традиционные методы.

— А почему не сделать оценку на основании расчета периода окупаемости? — спрашивает Рик.

Дон только собирается ответить, когда, к его удивлению, это делает Шарлен. И она попадает прямо в точку:

— Оценка на основе расчета периода окупаемости не полностью принимает во внимание самый важный фактор — недостаток денег.

Рик в недоумении. Джим и Джонни тоже. Дон ждет, чтобы Шарлен продолжила.

Шарлен, будучи хорошим преподавателем, сначала поясняет проблему.

— Рик, когда у нас возникает проблема выбора между двумя инвестициями? Если одна из двух альтернатив или обе не принесут в конечном итоге больше, чем сама инвестиция, проблемы с принятием решения не возникает. Следовательно, трудность возникает при выборе между двумя хорошими альтернативами.

— Правильно.

— Теперь, если обе альтернативы хорошие, почему у нас возникает выбор? Почему бы не сделать обе инвестиции? Понимаете, необходимость выбора возникает только тогда, когда ограничением является наличие денег.

Дону нравится стройность ее объяснения. Он откидывается в кресле и ждет продолжения.

— Вернемся к периоду окупаемости, — говорит Шарлен. — Рик, предположим, что у тебя есть две альтернативы. У обеих срок окупаемости два года, но одна требует инвестиции одного миллиона долларов, а другая десяти. Исходя из периода окупаемости, эти две альтернативы выглядят одинаково. Но если наличие денег является ограничением, разница между ними становится огромной.

— Для меня — никакой разницы, — шутит Рик. — Я не принимаю решений ни относительно одного миллиона, ни десяти, — и добавляет уже серьезно: — И я думаю, что для такого конгломерата, как Юни К°, тоже нет никакой разницы. Один миллион или десять миллионов — это не проблема с точки зрения наличия денег.

— Я бы так не сказал, — поправляет его Дон. — Мы всегда имеем больше возможностей для инвестирования, чем денег. Шарлен, вы бы рекомендовали использовать в качестве критерия концепцию чистой настоящей стоимости?

— Нет, — отвечает она. — Это более усложненный метод, но я боюсь, что он концептуально неверен.

Дон выпрямляется в кресле. Он тоже так считает, но до сегодняшнего дня все финансовые эксперты, с кем он разговаривал, пытались убедить его в том, что чистая настоящая стоимость — это единственный разумный способ того, как сделать оценку инвестиции.

— Чистая настоящая стоимость — это способ приведения будущих инвестиций и доходов к текущей стоимости денег, — повторяет Дон аргумент, который он так часть слышал. — Этот метод принимает во внимание процентную ставку и инфляцию: то есть то, что сто долларов, инвестированных или заработанных в следующем году, это не то же самое, что сто долларов, инвестированных или заработанных в этом году. Что здесь неверно?

— Вы только что сказали это сами, — отвечает Шарлен. — При оценке инвестиции этот метод учитывает процентную ставку. А мы только что сказали, что, если ограничением является наличие денег, процентная ставка не является подходящим критерием.

— Но разве суть процентной ставки не в этом? — не понимает Рик. — Если банковская ставка десять процентов в год, разве это не является той ценой, которую я плачу за то, что держу их деньги?

— Рик, пойди в банк, предложи платить им не десять процентов, а двадцать.

Как ты думаешь, они дадут тебе сто тысяч долларов?

— Без залога не дадут, — признает Рик, не уточняя, что именно это произошло с ним вчера. До того, как Джудит закончит все медицинские процедуры, ему может понадобиться больше, чем сто тысяч долларов. Где их достать?

— Видишь, — заключает Шарлен, — наличие денег — то, что находится в центре вопроса Дона, — не имеет ничего общего с процентной ставкой.

— Согласен, — говорит Дон. — Юни К° не удовлетворяет ни метод периода окупаемости, ни метод чистой настоящей стоимости.

Без особой надежды он спрашивает:

— У вас есть лучшая альтернатива?

— Думаю, что есть, — отвечает Шарлен. — Но, боюсь, вам она не понравится.

— Почему?

— Потому что это требует развития новой интуиции.

Все ждут объяснения.

— Мы только что согласились с тем, что наличие денег является ключевым фактором для оценки различных инвестиционных альтернатив. Не является сложным доказать, что фактор времени является важным. Если бы время не являлось частью уравнения, если бы мы получили доход немедленно, у нас не возникло бы никаких проблем. Мы бы инвестировали в одну альтернативу, получили бы немедленный доход и тут же инвестировали бы в другую альтернативу. В данном случае мы имеем дело с проблемой, одновременно находящейся в двух измерениях: время и деньги.

— Это очевидно, — говорит Дон.

— Согласна, — отвечает Шарлен. — Но мы думаем или с точки зрения времени, или с точки зрения денег. Мы не привыкли думать с точки зрения время-деньги. Посмотрите на методы, которые мы только что отвергли. Период окупаемости пытается дать нам ответ в понятиях времени: два года, три года. Чистая настоящая стоимость пытается дать нам ответ в понятиях денег: доллары. Думаю, что ответ должен выражаться в понятиях времени и денег одновременно, не отдельно.

— Не понимаю, — говорит Дон.

— Позвольте, я приведу пример из другой области. В действительности существуют вещи, имеющие большую важность. Несмотря на это, поскольку они требуют совокупности умножений двух разных измерений, нам трудно их понять.

— Мне так точно трудно понять, — перебивает ее Джонни. — Ты не могла бы это повторить?

— Физики знают, что одно из самых важных правил — это сохранение моментума. Они знают, что совокупность масс всех частей системы, каждая из которых умножена на соответствующую ей скорость, сохраняется вне зависимости от того, что происходит внутри системы. Но люди, не связанные с физикой, понимают это с трудом.

— Боюсь, это не очень помогло, — улыбается Дон. — Вы не могли бы привести более простой пример?

— Предположим, у вас есть поле, покрытое камнями. Вы согласны, что было бы интересно знать, какое усилие потребуется для того, чтобы очистить поле от камней?

— Кому-нибудь, наверное, интересно…

— Как мы можем сделать оценку этих усилий? Мы должны знать вес каждого камня и расстояние от каждого камня до ближайшей границы поля. Усилие, требуемое для удаления одного камня с поля, представлено умножением веса камня на расстояние до ближайшей границы. Для этого у нас нет названия. Усилие по очистке всего поля — это совокупность этих умножений. Как вы видите, здесь мы имеем дело с тем, что может быть представлено только как совокупность умножений двух разных измерений.

— Понятно, — говорит Дон. — И я даже начинаю понимать, как это может быть связано с темой инвестиций. Но все равно объясните это нам.

— Предположим, вы инвестируете два доллара.

Шарлен предпочитает объяснять, двигаясь маленькими шагами.

— После одного дня ваша инвестиция составляет два долларо-дня. После пяти дней она составляет десять долларо-дней. Это перемножение денег и времени для вас имеет какой-нибудь смысл?

Она готова оставить эту тему, если ответ будет отрицательным.

— Абсолютный смысл, — говорит Дон. — Продолжайте, пожалуйста.

— Теперь представьте себе, что на одиннадцатый день вы инвестируете еще три доллара. Что представляет собой ваша инвестиция к концу дня?

— Дайте подумать, — говорит Дон, пытаясь расшифровать услышанное. — Мои изначальные два доллара, умноженные на одиннадцать дней, дают мне двадцать два долларо-дня. В довершение к этому я еще инвестировал три доллара, что составляет три долларо-дня. В целом моя инвестиция составляет двадцать пять долларо-дней. Вы правы, это совокупность умножений. И что это дает?

— Что это дает, станет понятно, если я вам скажу, что утром на двенадцатый день вы получили назад свои пять долларов, которые вы вложили. Предположим, что инфляция и процентная ставка отсутствуют. Вы останетесь удовлетворены?

— Нет, — улыбается Дон. — Я связал мои деньги на период времени, я получил мои деньги назад, но я не получил никакой ценности в результате того, что мои деньги были связаны.

— Именно, — Шарлен разговаривает с ним так, как если бы он был одним из ее студентов. — Вы инвестировали двадцать пять долларо-дней. Вы получили назад пять долларов. Но вы все еще остаетесь в убытках на двадцать пять долларо-дней. До тех пор, пока эта инвестиция не даст дохода, вы совершенно справедливо не удовлетворены.

— Я получил назад мои деньги, и все равно остаюсь в убытках? — сначала не понимает Дон.

Они все думают.

— А вы правы, — говорит через какое-то время Дон. — Моя инвестиция — это на самом деле совокупность долларо-дней. Кстати, у вас есть для этого название?

— Я называю это «промывкой» (flush) — хихикает Шарлен. — Чтобы быть удовлетворенным, вы должны обеспечить, чтобы вы хотя бы полностью «промыли» (flush оut) свою инвестицию. Я подчеркиваю это, потому что в конце периода окупаемости, когда вам все говорят, что вы должны быть удовлетворены тем, что вы вернули свои деньги, это как раз тот момент, когда на самом деле вы инвестировали больше всего, когда вы находитесь в самых больших убытках с точки зрения долларо-дней.

— Теперь я понимаю ваше предупреждение об отсутствии интуиции, — говорит Дон. — Мы рассматриваем деньги и инвестиции почти как синонимы, но теперь я вижу, насколько отличаются эти понятия. Даже единица измерения разная. Деньги измеряются в долларах, а инвестиции в долларо-днях. Мне нужно об этом подумать, это может изменить всю нашу инвестиционную программу.

Он смотрит на часы.

— Жаль, что я должен идти. Но я надеюсь, что у нас впереди еще много полезных обсуждений. Джонни, ты можешь показать мне, где офис президента? Кстати, что означают инициалы БиДжей?