Австрийская экономическая школа: рынок и предпринимательское творчество.

1.1. Австрийская теория деятельности против неоклассической теории принятия решений.

Представители австрийской школы рассматривают экономическую науку как теорию деятельности, ане как теорию принятия решений, и это одна изчерт, которыми они сильнее всего отличаются от своих коллег-неоклассиков. Концепция человеческой деятельности намного шире концепции индивидуального решения и включает ее. Принципиально важная для австрийской школы, концепция деятельности включает нетолько гипотетический процесс принятия решений вконтексте «данных» знаний оцелях и средствах, нотакже, и вособенности, «само представление осистеме координат, связывающей средства и цели, врамках которой происходит размещение ресурсов и экономически рациональная деятельность [являющиеся предметом исключительного внимания неоклассиков]» (Кirznеr 1973, 33; Кирцнер 2007, 35). Более того, австрийцев интересует несам факт принятия решения, ато, что оно воплощено вчеловеческой деятельности, которая представляет собой процесс (завершенный или незавершенный), включающий ряд взаимодействий и актов координации (согласования). Сточки зрения представителей австрийской школы, именно это является предметом экономических исследований. Таким образом, для австрийцев экономическая наука— это ненабор теорий выбора или принятия решений, ноинтегрированный теоретический корпус, описывающий процессы социального взаимодействия, процессы, отличающиеся степенью координации, которая зависит от бдительности, проявляемой действующими субъектами всвоей предпринимательской деятельности.

Мишенью особой критики австрийцев стала узкая концепция экономической теории, восходящая кЛайонелу Роббинсу и его широко известному определению предмета этой науки. Как писал Роббинс, «экономическая теория— это наука, изучающая человеческое поведение сточки зрения соотношения между данными целями и редкими средствами, которые могут иметь различное употребление» (Rоbbins1932; см.: Роббинс 1993, 18). Концепция Роббинса молчаливо предполагает фиксированное знание целей и средств и сводит проблему экономики ктехнической проблеме размещения ресурсов, максимизации или оптимизации вусловиях определенных ограничений, которые также предполагаются известными. Иными словами, предложенная Роббинсом концепция экономической теории отражает самую суть неоклассической парадигмы и может считаться абсолютно чужеродной для методологии австрийской школы вее сегодняшнем понимании. Всамом деле, визображении Роббинса человек предстает автоматом, простой карикатурой на человеческое существо, всего лишь пассивно реагирующим на любые события. Вотличие от этого Мизес, Кирцнер и другие авторы австрийской школы придерживаются мнения, согласно которому человек нестолько распределяет имеющиеся средства между наличными целями, сколько находится внеустанном поиске новых целей и средств— усваивая опыт прошлого и напрягая воображение для открытия и созидания будущего (посредством деятельности). Поэтому для австрийцев экономическая теория составляет часть намного более широкой и общей науки, общей теории человеческой деятельности (а нечеловеческих решений или выбора). Согласно Хайеку, если для этой общей науки очеловеческой деятельности «название необходимо, то самым подходящим представляется термин “праксиологические” науки, ...широко применяемый четко его определившим Л. фон Мизесом» (Науек 1955, 209; Хайек 2003, 44).