Австрийская экономическая школа: рынок и предпринимательское творчество.

5.6. Метод экономической науки: теория иистория.

По сравнению сдругими представителями австрийской школы, Мизес разработал наиболее целостный и системный подход квопросу ометоде экономической науки, что и составляет его пятый крупный вклад вэту науку. Он утверждает, что общественные науки, или, скорее, науки очеловеческой деятельности, делятся на две ветви: праксиологию (общую теорию человеческой деятельности, самой развитой частью которой является экономическая теория) и историю.

Сфера праксиологии— это применение концептуальной категории «человеческая деятельность», для чего необходимо изсущности человеческой деятельности дедуктивно вывести праксиологические теоремы. При таком подходе экономическая теория строится априорным, дедуктивным способом, основываясь на концепции и категории деятельности. Отправной точкой служат небольшое число фундаментальных аксиом, присущих концепции деятельности. Важнейшая изних— сама категория деятельности, смысл которой втом, что, всоответствии сосвоей шкалой ценности, люди методом проб и ошибок выбирают цели и ищут средства, пригодные для их достижения. Другая аксиома говорит нам, что, поскольку средства редки, они вначале будут использованы для достижения наиболее ценных целей и только после того послужат удовлетворению всех других, менее насущных («закон убывающей предельной полезности»). Третья утверждает, что, делая выбор между двумя благами сидентичными свойствами, доступными вразные моменты времени, человек всегда предпочитает то, которое можно получить раньше («закон временнуго предпочтения»). Помимо этого, концепция человеческой деятельности включает следующие существенные элементы: деятельность всегда разворачивается во времени; время— редкий ресурс; люди действуют сцелью переместиться изодного состояния вдругое, сулящее большее удовлетворение.

Основываясь на этих аксиомах, Мизес спомощью логической дедукции строит экономическую теорию, ориентируя ее на проблемы, характерные для реальной жизни, и вставляя вцепочки логически дедуктивных рассуждений вподходящих местах релевантные данные опыта. Таким образом, данные опыта, известные и истолкованные всвете теории человеческой деятельности, позднее вновь используются вее рамке вкачестве «предположений» для создания теорем, сбольшей точностью отражающих реальную жизнь.

Таким образом, спозиции Мизеса, опыт служит только для того, чтобы направить любознательность исследователя копределенным проблемам. Он говорит нам, чт нужно исследовать, ноне дает указаний ометодологическом пути, которым мы должны следовать впоисках знания. Влюбом случае, согласно Мизесу, следует понимать два момента: вопервых, ниодно реальное явление неможет быть познано прежде, чем реальность неполучит истолкования всвете концепций и теорем человеческой деятельности; и, во-вторых, неопыт, атолько мышление может направлять исследователя кэтим гипотетическим типам человеческой деятельности и кпроблемам, которые хоть и неизвестны по прошлому опыту, номогут сдостаточным основанием рассматриваться как потенциально критически важные вбудущем.

Другой ветвью науки очеловеческой деятельности является история— систематический сбор и изучение данных опыта, связанного счеловеческой деятельностью. Следовательно, она имеет дело сконкретным содержанием прошлой человеческой деятельности.

Таким образом, для занятий этой наукой историк должен иметь всвоем распоряжении теорию, дающую ему возможность истолковывать действительность. Более того, он нуждается вособых суждениях значимости, чтобы определять, какие факторы оказывали наиболее существенное влияние на изучаемые им события прошлого (Vеrstеhеn, или понимание), и именно суждения значимости превращают его дисциплину вподлинное искусство.

Эти ценностные суждения, связанные спониманием, человек использует и всякий раз, когда ему нужно предсказать развитие окружающей обстановки, затрагивающее тот вид деятельности, вкотором он участвует. Тем неменее Мизес утверждает, что вэкономической науке невозможны «научные» предсказания, т.е. предсказания того типа, которые нам знакомы по естественным наукам. Напротив, законы нашей дисциплины исключительно логико-дедуктивны и позволяют только, так сказать, «качественные» предсказания. Они неимеют ничего общего стеми, которые делают ученые вобласти физики и прикладных наук, и совершенно невозможно дать точное предсказание относительно конкретных будущих событий. Разумеется, вповседневной жизни человек вынужден постоянно планировать свою деятельность и действовать всоответствии сопределенными представлениями отом, как будут разворачиваться события вдальнейшем. Делая эти предсказания, человек использует свое теоретическое знание, вего свете истолковывает факты (всегда полагаясь на собственное понимание, т.е. на свое знание конкретных обстоятельств ситуации, вкоторой он находится) и «предсказывает» ход событий, способных затронуть его деятельность. Таким образом, будущие события— это всегда большая неопределенность; человек способен лишь свести ее кминимуму (но нерассеять окончательно), если обладает значительными познаниями втеории и богатым опытом вобласти ценностных суждений и мотивов, побуждающих людей осуществлять определенные действия и вести себя определенным образом.

Таким образом, опыт свидетельствует, что некоторые люди лучше других подготовлены ктому, чтобы предпринимательски планировать свою будущую деятельность. Любой человек, действующий всоответствии сосвоими представлениями обудущем развитии событий, является предпринимателем. Вэтом смысле, согласно Мизесу, мы все являемся предпринимателями; всем людям ежедневно приходится предпринимать действия сучетом своих представлений отом, что случится вбудущем. Поскольку врожденной способностью кпредпринимательству обладают все люди, им приходится, используя свои теоретические знания и опыт, предугадывать ход грядущих событий. Однако ученый-экономист как таковой невсостоянии делать какие-либо конкретные предсказания, т.е. предсказания событий суказанием точного количества, места и времени. Как только экономист начинает настаивать на своей способности делать прогнозы, он явным образом тутже покидает область экономической науки ради человеческой, предпринимательской области предсказаний. Согласно Мизесу, предположение отом, что экономическая наука способна давать научные предсказания наравне сестественными науками, выдает полное невежество относительно мира, вкотором мы живем, и относительно природы человека вообще, атакже ошибочное представление ометодологических основах экономической науки вчастности (Мisеs 1996; Мизес 2005).